Юношам, попавшим в аварию, требуется помощь

Жители Нагайбакского района могут помочь Мише Захарову и Максу Трефилову

Два юноши из Нагайбакского района, попавшие в разное время в аварии, в настоящее время нуждаются в поддержке земляков. Это Миша Захаров из Парижа и Максим Трефилов из Фершампенуаза.

Миша Захаров в сентябре прошлого года вместе с отцом попал в аварию.  Закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга тяжелой степени тяжести, отёк головного мозга, тупая травма живота, разрыв 4 сегмента печени, острая респираторная недостаточность – такие диагнозы были поставлены мальчику. Три месяца он провёл в коме, но сейчас он сидит, правда пока только с поддержкой, немного откликается на обращённую речь. Врачи говорят, что у Миши есть хороший реабилитационный потенциал, и чтобы этот потенциал был реализован, ему необходима специализированная инвалидная коляска.

Татьяна Захарова очень хорошо помнит тот день: муж вернулся из поездки, он работал дальнобойщиком, немного отдохнул и поехал с Мишей в соседнее село по делам.

Поздно вечером на дороге Париж – Кужебай  они попали в аварию. Сотрудники ГИБДД говорят, то у Сергея Захарова не было шансов удержать машину, у которой сломалась  рулевая тяга. Машина вылетела в  глубокий кювет. Та дорога достаточно безлюдная, и пострадавших заметили только утром, когда расцвело.  Доставили в Фершампенуаз, и там сын с отцом последний раз были вместе. Мишу практически сразу на реанимобиле увезли в Челябинскую областную детскую больницу. Сергей Захаров умер спустя восемь дней.

– Муж был в сознании, – вспоминаете Татьяна Захарова. – Всё время спрашивал о сыне. А мне врачи сказали, что Миша – не жилец. Было очень страшно, это  самые адские дни в моей жизни. А потом у мужа начались осложнения, его перевезли в другую больницу, но спасти уже не смогли.

  Миша поступил в ЧОДКБ в тяжёлом состоянии, был помещён в отделение реанимации под   аппарат искусственной вентиляции легких. Ему провели трепанацию черепа, чтобы остановить внутреннее кровотечение,  провели лапароскопию, сделали трахеостомию. Прогнозы врачей были неблагоприятными, маме врачи сообщили, что Миша не выживет.

– Но на  13 сутки он очнулся, – говорит Татьяна, –  и начал наблюдать за первым снегом за окном. Потом шёпотом сказал: «Мама». Это было такое счастье, что он в сознании. Но я не смогла сказать, что папы уже нет...

15 октября Мишу перевезли в Магнитогорск, в  реанимацию. Он начал вставать, шёпотом разговаривал, даже смотрел любимый сериал  и называл  имена героев.

– 7 ноября я уехала провести 40 дней со смерти мужа. Мише сказала, что еду к младшим детям, у меня ведь еще сын трёхлетний и дочка восьми лет. До сих пор  не понимаю, что произошло. На следующий день позвонила в больницу, а мне сообщили, что Миша впал в кому. Один врач сказал, что кислорода не хватило,  второй,  что нервная система не справилась. До сих пор мучаюсь, не понимаю: Почему!

Два  месяца Миша  находился на искуственной вентиляции лёгких, в феврале  пришёл в себя, но он уже не вставал, не шептал, не ходил. Его выписали домой, и всю весну Татьяна дома пыталась пробудить сына к жизни. Массировала, разминала его скрюченные руки и ноги, садила и удерживала в таком положении, чтобы он, наблюдая за окружающими, пытался двигаться сам.

– Я его сажаю и удерживаю, отпущу, а он падает. Самостоятельных движений нет.

Когда больно, Миша плачет, я его не жалею, массирую. Был момент дома, что он  обнял кошку. Я жду каких-то улучшений, а их нет, улучшения могли бы быть, если была бы жесткая реабилитация. Я не врач, не понимаю. Но мне кажется, что раз Миша чувствует боль, щекотку, то есть шансы... Потом я не выдержала, что же мы будем лежать дома просто так!

 Напросилась в неврологию Магнитогорска, но я не вижу пока никаких результатов. Приходит массажист, руки-ноги немного погладит и всё. Лекарства дают. Правда, теперь врач наш говорит, что он видит реабилитационный потенциал.

Мама Михаила считает, что если бы было специальное удерживающее инвалидное кресло, Миша пробуждался бы к жизни быстрее. Ему не нравится лежать. Он поднимает голову и требует, чтобы его посадили.  Но соцслужбы не могут дать даже примерные прогнозы по срокам выделения инвалидной коляски, от которой зависит реабилитация Миши. 

– Когда он сидит, он ловит взглядом то, что его заинтересовало и наблюдает. Когда Миша сидит, у него совсем другие реакции появляются. Он к жизни пробуждается, –  уверена мама мальчика.

Как помочь: Стоимость инвалидного кресла –   359 810 руб.  Неравнодушные южноуральцы уже перечислили 115 219 рублей. Не хватает 244 591 руб. Друзья, если вы решили помочь Мише Захарову, пусть вас не смущает цена спасения. Любое пожертвование будет с благодарностью принято. Всю информацию о способах помочь Мише, вы можете узнать на странице  http://www.rusfond.ru/chelyabinsk или, позвонив в  Бюро по Челябинской области: 8-922-74-98-521. Можно также отправить неограниченное число СМС со словом Дети на номер 5542 (стоимость СМС 75 рублей).

26-летний Максим Трефилов, житель села Фершампенуаз, инспектор группы тылового обеспечения районного отдела полиции, ехал на своём автомобиле поздно вечером к девушке в Петропавловск. До этого ночью он не спал, поэтому глаза закрывались, сильно тянуло в сон. Он позвонил Галине, так зовут его девушку, и попросил с ним поговорить, иначе он заснёт. Она с ним говорила, пока не пропала связь… Через некоторое время маме Максима сообщили, что автомобиль её сына слетел с трассы.

В настоящее время Максим находится в реанимации Челябинской областной больницы, в тяжёлом состоянии. Он так и не пришёл в себя. Молодой человек перенёс уже две операции, у него двойной перелом руки. По словам лечащих врачей, его мозг работает плохо, сам он дышать не может, поэтому его подключили к искусственному аппарату лёгких. Максиму и его маме Екатерине понадобятся средства, поэтому просим желающих помочь откликнуться. Кто сколько сможет.

Деньги можно перечислить на карту Сбербанка: номер карты

4276 8720 2783 5462

Получатель: Екатерина Фёдоровна Трефилова

Татьяна БИКМУРЗИНА