Житель Нагайбакского района получил весточку с фронта
Только через 77 лет Николай Фёдоров из Остроленки узнал, что отец героически погиб
Николай Фёдоров из Остроленки был четвёртым ребёнком в семье, самым младшим. Его отец, Яков Иванович, был призван на фронт 6 августа 1941 года, а в феврале 1942 года пришло извещение о том, что он пропал без вести. И вот, спустя 77 лет, Николай Яковлевич получил официальное подтверждение того, что его отец не пропал без вести, а умер от ран в 1942 году и захоронен в Братской могиле.
Эту новость сообщил своему дяде Владимир Фёдоров, который провёл своё расследование о судьбе своего деда Якова Ивановича, посылал запросы в военкоматы страны. И вот пришёл ответ из военного комиссариата города Сегежа и Сегежского района Республики Карелия:
– На Ваше обращение сообщаю, что Ваш дедушка, Фёдоров Яков Иванович, умер от ран 2 декабря 1942 и захоронен в Братской могиле № 6 на 59 км трассы Кочкома-Реболы. В настоящее время место захоронения находится на территории Чернопорожского сельского поселения Сегежского муниципального района Республики Карелия.
Отец Владимира Фёдорова, Иван, не дожил до этого времени и так не узнал о том, что его отец погиб на фронте. Как и его братья, Пётр и Павел, не знали ничего о судьбе своего отца. Из братьев в живых остался лишь Николай, самый младший ребёнок в семье Фёдоровых. Он никогда не видел своего отца, только на фотографии. Отца призвали на фронт 6 августа 1941 года, а Николай родился 7 марта 1942 года. Вот фотография 1935 года. На ней – супруги Фёдоровы, свекровь и два сына – Иван и Пётр. Позже родились Павел и Николай.
– Отец – кто это? Думал я…И бывает ли он такой – отец, – говорит Николай Яковлевич. – Там, где мы жили, в квартале ни у кого из мальчишек отца не было. Один мужик был горбатый, вот он для нас был и Бог и царь. А мы, без штанов, всей улицей бегали, босиком.
Мама виду не подавала, что в семье горе. Отвернётся, бывало, и плачет. В одной комнате до 11 человек жили. Как жили, думаю сейчас, не спорили, не скандалили… А делить было нечего, лишь бы поесть было что…
Со слезами на глазах Николай Яковлевич вспоминает эпизод, когда мама достала из сундука отцовский вельветовый костюм и пошла менять его на ведро картошки: «А кушать то надо было что-то…».
– Когда меня в райкоме партии в комсомол принимали, – вспоминает Николай Яковлевич, – спросили: «Где отец?». Я ответил: «Пропал без вести». Тут один меня поправил тихонько: «Не надо так говорить. Погиб на фронте, говори…». А я не понимал всей сути этих слов тогда – «без вести пропал». А ведь думали многие тогда, может отец спрятался где…
Да, наверняка, судьба семьи могла сложиться по-другому, если бы они раньше узнали, что их отец погиб на фронте, а не пропал без вести. Многих унижений и бедствий могли бы они избежать, а мать могла бы получать пособие по потере кормильца.
– Сейчас у меня появилась гордость в душе за своего отца, – говорит Николай Фёдоров. – А тогда ведь, у кого отцы без вести пропали, люди второго сорта были…
А тогда, в 1942 году, целый полк в составе 367 стрелковой Краснознамённой дивизии был признан без вести пропавшим. С 9 января по 24 февраля 1942 года части подразделения дивизии находились в активной обороне и оборонительных боях. Попав в окружение, 1217 стрелковый полк, в котором и находился Яков Фёдоров, героически отстаивал каждую пядь земли, огнём и контратаками отбрасывал противника в исходное положение. Полк, не получив подкрепления живыми силами и боеприпасами, погиб в жестоких схватках с противником. По странному стечению обстоятельств 7 марта 1942 года писарь дивизии направил в родную деревню Якова извещение о том, что Фёдоров Яков Иванович пропал без вести 6 февраля 1942 года, место выбытия: Карело-Финская ССР, Медвежьегорский район. Вскоре у Якова родился четвёртый сын, которого назвали Николаем.
Татьяна БИКМУРЗИНА,
фото Руслана ПОШТАБАЕВА
